"Наркоманов бывших не бывает". Как стигма мешает
Употребление наркотиков в России - одна из самых стигматизированных сфер общественных отношений. К наркопотребителям государство и общество относятся заведомо предвзято, и это не только мешает им выздороветь, но и часто становится причиной прямой дискриминации.
Из-за наркотиков екатеринбуржец Вадим Иванов потерял семью: жена ушла вместе с двухлетней дочерью, когда поняла, что муж не может справиться со своей проблемой. Начав со "спайсов", Вадим употреблял наркотики около десяти лет, пока однажды родители в буквальном смысле не пустили его домой. Лишь тогда он согласился лечь в наркологический центр.
На четвертом месяце реабилитации он дал интервью местной телекомпании.
Вадим говорит, что реабилитация проходила у него очень тяжело, и на общение с журналистом он согласился совершенно сознательно - решил, что пути назад нет. И откровенно рассказал о своей прошлой зависимости и о том, с каким трудом он ее преодолевает.
Два года после выздоровления Вадим проработал на стройке и не ожидал, что первая же его попытка устроиться на более квалифицированное и денежное место работы окончится неудачей как раз из-за этого интервью. Он успел проработать менеджером в автосалоне лишь два месяца. "План продаж делал, человек я неконфликтный, на работу не опаздывал, все делал как надо - но вот что-то им не понравилось", - рассказывает Вадим. К нему начали придираться по мелочам, и он понял намек: уволился сам.
Через полгода Иванов узнал истинную причину придирок начальства. Его бывшая коллега рассказала, что сотрудники автосалона случайно обнаружили в интернете его интервью телеканалу. Видео дошло до начальства, которое решило, что не хочет иметь дело с "бывшим наркоманом".
- У тебя есть предположения, почему начальство решило, что не хочет иметь бывшего наркопотребителя у себя в штате?
- Потому что все же знают, что наркоманов бывших не бывает. Это убеждение с 90-х. Помогли средства массовой информации в 90-е года закрепить в сознании людей, что наркоман - это отребье общества, наркоманов надо сажать, бить, убивать, с наркоманами не надо иметь никаких дел. То есть такая… жесткая пропаганда была. Не было такого, что наркоман - это больной человек. Они до сих пор с этим спорят - с тем, что наркоманов надо лечить, а не судить. Почему эпилептиков не судят?..
Автосалон отказался прокомментировать для Русской службы Би-би-си ситуацию с Вадимом Ивановым.
Из-за стигмы, связанной с употреблением наркотиков, статья 228 уголовного кодекса Российской Федерации (ответственность за хранение и сбыт запрещенных наркотических средств) нередко становится инструментом давления на общественных активистов и журналистов. Человеку подбрасывают наркотики, и он оказывается под двойным ударом. В первую очередь, конечно, ему грозит серьезный тюремный срок. Но дискредитирована оказывается и его профессиональная или общественная деятельность: под суд он попадает по "стыдной" статье, и отстаивать его невиновность в глазах общества становится сложнее.
В одном из самых громких подобных дел последнего времени - чеченского правозащитника Оюба Титиева, которого осудили за хранение марихуаны. Мотивация властей, по мнению адвокатов Титиева, была именно такой. Подобные же мотивы могли быть в деле журналиста-расследователя Ивана Голунова, которого полицейские пытались обвинить в сбыте наркотиков.
Впрочем, друзья и коллеги Титиева и Голунова уверены, что по крайней мере в этих двух случаях безупречной репутации правозащитника и журналиста ничего не угрожает, а абсурдность обвинения лишь подчеркивает заказной характер их дел.
Проявлением стигмы является само по себе слово "наркоман", подчеркивает психолог Вячеслав Москвичев, работающий с наркозависимыми. В российском обществе доминирует радикальный взгляд на наркопотребление: справиться с зависимостью можно только полным отказом от употребления, а сами наркотики - абсолютное зло. Поэтому слово "наркоман" дегуманизирует человека, употребляющего наркотики.
"Наркоману нельзя верить, наркоман не принадлежит сам себе, наркоманам важны только наркотики - эти идеи очень мощны, и апофеоз этого - наркоман просто не человек", - перечисляет Москвичев стереотипы, связанные с этим словом.
При этом российское государство даже не знает, сколько граждан принимает наркотики. Из-за карательной наркополитики властей точную статистику вести невозможно. Как правило, люди стараются скрывать, что употребляют запрещенные вещества, хотя само по себе это и не является преступлением.
По приблизительным оценкам профильных ведомств (МВД, минздрава и Росстата) и независимых экспертов, занимающихся этой проблемой, в России сейчас не меньше пяти миллионов активных наркопотребителей. Людей, имеющих тот или иной опыт употребления запрещенных веществ, - десятки миллионов.
Из-за наркотиков екатеринбуржец Вадим Иванов потерял семью: жена ушла вместе с двухлетней дочерью, когда поняла, что муж не может справиться со своей проблемой. Начав со "спайсов", Вадим употреблял наркотики около десяти лет, пока однажды родители в буквальном смысле не пустили его домой. Лишь тогда он согласился лечь в наркологический центр.
На четвертом месяце реабилитации он дал интервью местной телекомпании.
Вадим говорит, что реабилитация проходила у него очень тяжело, и на общение с журналистом он согласился совершенно сознательно - решил, что пути назад нет. И откровенно рассказал о своей прошлой зависимости и о том, с каким трудом он ее преодолевает.
Два года после выздоровления Вадим проработал на стройке и не ожидал, что первая же его попытка устроиться на более квалифицированное и денежное место работы окончится неудачей как раз из-за этого интервью. Он успел проработать менеджером в автосалоне лишь два месяца. "План продаж делал, человек я неконфликтный, на работу не опаздывал, все делал как надо - но вот что-то им не понравилось", - рассказывает Вадим. К нему начали придираться по мелочам, и он понял намек: уволился сам.
Через полгода Иванов узнал истинную причину придирок начальства. Его бывшая коллега рассказала, что сотрудники автосалона случайно обнаружили в интернете его интервью телеканалу. Видео дошло до начальства, которое решило, что не хочет иметь дело с "бывшим наркоманом".
- У тебя есть предположения, почему начальство решило, что не хочет иметь бывшего наркопотребителя у себя в штате?
- Потому что все же знают, что наркоманов бывших не бывает. Это убеждение с 90-х. Помогли средства массовой информации в 90-е года закрепить в сознании людей, что наркоман - это отребье общества, наркоманов надо сажать, бить, убивать, с наркоманами не надо иметь никаких дел. То есть такая… жесткая пропаганда была. Не было такого, что наркоман - это больной человек. Они до сих пор с этим спорят - с тем, что наркоманов надо лечить, а не судить. Почему эпилептиков не судят?..
Автосалон отказался прокомментировать для Русской службы Би-би-си ситуацию с Вадимом Ивановым.
Из-за стигмы, связанной с употреблением наркотиков, статья 228 уголовного кодекса Российской Федерации (ответственность за хранение и сбыт запрещенных наркотических средств) нередко становится инструментом давления на общественных активистов и журналистов. Человеку подбрасывают наркотики, и он оказывается под двойным ударом. В первую очередь, конечно, ему грозит серьезный тюремный срок. Но дискредитирована оказывается и его профессиональная или общественная деятельность: под суд он попадает по "стыдной" статье, и отстаивать его невиновность в глазах общества становится сложнее.
В одном из самых громких подобных дел последнего времени - чеченского правозащитника Оюба Титиева, которого осудили за хранение марихуаны. Мотивация властей, по мнению адвокатов Титиева, была именно такой. Подобные же мотивы могли быть в деле журналиста-расследователя Ивана Голунова, которого полицейские пытались обвинить в сбыте наркотиков.
Впрочем, друзья и коллеги Титиева и Голунова уверены, что по крайней мере в этих двух случаях безупречной репутации правозащитника и журналиста ничего не угрожает, а абсурдность обвинения лишь подчеркивает заказной характер их дел.
Проявлением стигмы является само по себе слово "наркоман", подчеркивает психолог Вячеслав Москвичев, работающий с наркозависимыми. В российском обществе доминирует радикальный взгляд на наркопотребление: справиться с зависимостью можно только полным отказом от употребления, а сами наркотики - абсолютное зло. Поэтому слово "наркоман" дегуманизирует человека, употребляющего наркотики.
"Наркоману нельзя верить, наркоман не принадлежит сам себе, наркоманам важны только наркотики - эти идеи очень мощны, и апофеоз этого - наркоман просто не человек", - перечисляет Москвичев стереотипы, связанные с этим словом.
При этом российское государство даже не знает, сколько граждан принимает наркотики. Из-за карательной наркополитики властей точную статистику вести невозможно. Как правило, люди стараются скрывать, что употребляют запрещенные вещества, хотя само по себе это и не является преступлением.
По приблизительным оценкам профильных ведомств (МВД, минздрава и Росстата) и независимых экспертов, занимающихся этой проблемой, в России сейчас не меньше пяти миллионов активных наркопотребителей. Людей, имеющих тот или иной опыт употребления запрещенных веществ, - десятки миллионов.
Comments
Post a Comment